В российском железнодорожном секторе назревает серьезный конфликт интересов. На фоне планов Федеральной антимонопольной службы (ФАС) ввести обязательный десятипроцентный сбор за возврат билетов, общественные организации выступили с встречным предложением. По их мнению, новая инициатива может стать непосильным бременем для миллионов граждан, а борьба с перекупщиками рискует обернуться «налогом» на добросовестных путешественников.
Председатель «Общероссийского объединения пассажиров» (ООП) Илья Зотов в официальном обращении к премьер-министру Михаилу Мишустину выразил резкое несогласие с подходом ФАС. Суть претензии проста: введение фиксированного сбора в размере 10% от стоимости билета при его возврате — это чрезмерная мера. Согласно расчетам ООП, средний размер такого сбора может подскочить в 88 раз, достигнув отметки в 325 рублей. В случае с билетом на дальнее расстояние стоимостью, к примеру, 5 000 рублей, пассажир потеряет 500 рублей. Такие расходы могут существенно снизить транспортную доступность поездок и спровоцировать падение продаж.
Главный аргумент общественников заключается в том, что «проблема» перекупщиков — это статистическая погрешность. Доля операций, связанных с незаконной перепродажей, составляет ничтожные 0,022% от общего объема возвратов. Следовательно, наказывать всех пассажиров из-за мизерного процента спекулянтов — неспрало справедливо. Более того, Илья Зотов напомнил, что законодательство уже работает: в июне в Кодекс об административных правонарушениях внесли нормы, позволяющие штрафовать перекупщиков на суммы до 500 тысяч рублей.
Вместо жесткого процента ООП предлагает внедрить более гибкую и человечную систему. Во-первых, полностью освободить от сборов билеты, купленные для детей и организованных детских групп, чтобы не ограничивать право детей на экскурсии и спорт. Во-вторых, внедрить дифференцированный подход, как это принято в авиации: чем раньше ты возвращаешь билет, тем меньше штраф. Например, при возврате за неделю до поездки ставка могла бы быть минимальной, а при сдаче билета менее чем за сутки — максимальной. Также предлагается расширить использование невозвратных тарифов и направлять часть сборов на бонусные счета пассажиров.
Однако у железнодорожников и регулятора своя правда. ФАС, инициировавшая проект, обосновывает свои действия борьбой с «искусственным дефицитом». Логика ведомства такова: из-за крайне низких комиссий, установленных еще в пандемию (всего пара рублей), пассажиры начали массово выкупать билеты «на всякий руки», а затем возвращать их в последний момент. По данным ФАС, в 2025 году было возвращено более 25 миллионов билетов. Из них лишь 5,9 миллиона мест были перекуплены повторно, а около 9 миллионов мест просто остались пустыми. Но самое критичное — более половины таких возвратов происходит всего за пять дней до отправления.
Подобная практика бьет по прибыли и возможности планирования. В Федеральной пассажирской компании (ФПК) подтверждают: доля возвратов в 2025 году составила около 23% от общего объема продаж, тогда как в 2019 году, когда сбор был выше, этот показатель не превышал 9%. В ФПК подчеркивают, что именно из-за «бронирования без намерения ехать» пассажиры, планирующие отпуск заранее, не могут найти места на популярные даты.
Ситуация осложняется и финансовыми показателями. Если в 2024 году чистая прибыль ФПК составляла 26,1 млрд рублей, то в 2025 году она упала до 19,6 млрд рублей, а в первом квартале 2026 года компания и вовсе зафиксировала убыток в 11,6 млрд рублей при выручке 83,9 млрд рублей.
Сторонники десятипроцентного сбора, такие как представители «Гранд Сервис Экспресса», считают эту меру справедливой. Они приводят в пример авиацию, где сборы за возврат помогают пассажирам не «скупать» все доступные места на рейсы. В компании отмечают, что процент возвратов в январе 2024 года вырос до 19% по сравнению с 9% в начале 2020 года.
Интересно, что сама идея «наказания за возврат» не нова. В апреле заместитель гендиректора РЖД Иван Колесников уже обосновывал необходимость сбора в письме Совету потребителей. Он указывал, что отсутствие финансовой ответственности за возврат вынуждает перевозчиков закупать дополнительные вагоны, что увеличивает кредитную нагрузку и, в конечном итоге, ведет к росту тарифов для всех. В качестве примера Колесников привел опыт Китая, где при возврате билета менее чем за сутки сбор достигает 20%.
Сейчас вопрос находится в подвешенном состоянии: в аппарате правительства запросы переадресованы в Минтранс. Пока чиновники решают, какой путь выбрать — жесткое регулирование, как предлагает ФАС, или гибкий, дифференцированный подход, предложенный общественниками. Очевидно одно: решение будет затронутым интересы каждого, кто хоть раз покупал билет на поезд.
