Российский рынок микрофинансирования столкнулся с серьезным технологическим барьером. Выдача онлайн-займов через систему обязательной биометрической идентификации превратилась для многих компаний в настоящий квест, который крайне сложно пройти без потерь в прибыли. Чтобы исправить ситуацию, Национальный совет финансового рынка (НСФР) направил в Банк России официальное обралощение с просьбой упростить правила игры.
Суть предложения проста и прагматична: разрешить микрофинансовым организациям (МФО) проводить дистанционную идентификацию клиентов только по лицу, исключив из обязательного процесса проверку голоса. НСФР предлагает закрепить этот упрощенный порядок к 1 октября 2026 года. Глава совета Андрей Емелин подтвердил подлинность этого обращения, которое сейчас находится на рассмотрении у регулятора. Хотя НСФР традиционно представляет интересы крупных банков, многие из них имеют в своем портфеле «родственные» микрофинансовые структуры, поэтому запрос затрагивает интересы всей отрасли.
В самом Банке России подтвердили, что письмо получено и будет изучено в рабочем порядке. Представители профессионального объединения МФО «МиР» прокомментировали ситуацию осторожно: они не были официально уведомлены об инициативе НСФР, однако признают, что сама идея вполне логична и уже предмет обсуждения с регулятором.
История вопроса: биометрия как щит от мошенников
Внедрение биометрии в процесс кредитования задумывалось как мощный инструмент борьбы с фродом — мошенничеством с использованием чужих данных. Несмотря на первоначальное сопротивление рынка, законодательные изменения были приняты в конце 202льным года, а с 1 марта 2026 года новые правила вступили в силу.
На текущий момент закон обязывает МФО при оформлении электронных займов использовать данные Единой биометрической системы (ЕБС). Пока это требование касается только микрофинансовых компаний (МФК), но с весны 2027 года оно распространится и на микрокредитные компании (МКК), фактически охватывая весь рынок.
Переход на новые рельсы оказался болезненным. К концу марта 2026 года ни одна из действующих МФК не смогла наладить прямую связь с ЕБС или подключиться через банки. Ситуация была настолько сложной, что некоторые крупные игроки даже начали менять свой юридилоческий статус с МФК на МКК, чтобы выторговать себе еще один год на техническую подготовку. Регулятор, в свою очередь, проявил гибкость, пообещав не штрафовать компании за отсутствие биометрии в период адаптации, однако само требование закона никуда не исчезло.
Цифровой тупик: почему голос стал помехой?
Главная претензия рынка — избыточность требований. По закону кредитор должен проверить и лицо, и голос клиента. Но на практике «голосовой слой» в ЕБС развит крайне слабо. Согласно данным на 20 июля 2026 года, в системе числится 92,1 млн биометрических записей, но голосовых отпечатков среди них — всего около 10,7% (9,9 млн).
Ситуация осложняется тем, что для выдачи займа клиенту нужен высокий уровень биометрии — «подтвержденный» или «стандартный». Таких записей в базе всего 35,7 млн, и лишь 19% из них (6,8 млн) содержат полный комплект данных, включая голос. Таким образом, огромная часть потенциальных заемщиков просто «выпадает» из процесса из-за отсутствия нужного типа данных в системе.
Техническая сторона вопроса также вызывает массу нареканий. Запись голоса — процедура капризного. Чтобы система приняла образец, клиенту нужно найти тишину, четко продиктовать цифры, при этом на результат влияют шум улицы, качество микрофона и даже помехи связи. В НСФР подчеркивают: из-за этих сложностей процедура часто прерывается, а количество неудачных регистраций растет. Более того, проверка именно голосовой составляющей может занимать до 86% всего времени идентификации, что катастрофически снижает конверсию — то есть долю заявок, превратившихся в реальные деньги.
Безопасность под вопросом: угроза дипфейков
У НСФР есть и еще один весомый аргумент — безопасность. В эпоху стремительного развития нейросетей голосовая биометрия становится уязвимой. Современные технологии синтеза речи позволяют создать качественную имитацию голоса всего по 3–5 секунд записи. Причем для этого не нужно быть хакером: существуют открытые решения, позволяющие генерировать речь в реальном времени.
Следовательно, система должна не просто сравнивать голос, но и уметь распознавать «живой» голос от синтезированного. Но такая задача технологически гораздо сложнее, чем проверка лица (liveness-контроль). В ассоциации прямо заявляют: стопроцентной защиты от подделки голоса на сегодняшний день не существует. Поэтому отказ от обязательного голоса не сделает систему менее защищенной.
Мнение экспертов: за простоту и многофакторность
Участники рынка единодушны: текущая схема создает лишние барьеры. Георгий Хохлов, исполнительный директор «Альфа-Деньги», отмечает, что биометрия — это лишь дополнение к существующим проверкам, а не их замена. Главная задача — подтвердить, что заемщик — это реальный человек, и для этого лица вполне достаточно.
Алексей Ахмеев из Moneyman предлагает стратегию «малых шагов»: сначала отладить работу идентификации по лицу, а уже потом, когда технология станет стабильной, возвращаться к голосу. При этом он подчеркивает, что клиенты всегда могут добровольно предоставить и голос, если захотят.
Проблемы с «акустикой» подтверждают и другие игроки. Роман Макаров, гендиректор «Займа», указывает на инфраструктурный разрыв: если биометрию лица можно обновить за две минуты через «Госуслуги», используя загранпаспорт, то голос требует личного визита в банк или МФЦ. Это отсекает жителей малых городов и людей, ценящих свое время. Кроме того, идентификация по лицу в два раза быстрее, что критически важно для бизнеса.
С другой стороны, эксперты по кибербезопасности, такие как Мария Мееревич из «Рексофт», предупреждают: нельзя полагаться только на лицо. Современные атаки (инъекция видеопотока или использование «дропов») все еще возможны. Однако выход не в усложнении биометрии, а в многофакторном подходе.
Сергей Голованов из «Лаборатории Касперского» считает, что гораздо эффективнее и дешевле использовать комплекс технических сигналов: анализ устройства, геолокацию, проверку IP-адреса, поведенческие паттерны (как человек двигает мышкой или заполняет форму) и историю операций. Такой подход, по мнению экспертов, дает более высокий уровень защиты, не превращая процесс получения займа в изнурительное испытание для клиента.
