В российском судопроизводстве наступает эра цифровизации: Верховный суд официально одобрил стратегию интеграции искусственного интеллекта в судебную систему. Согласно утвержденной председателем ВС РФ Игоре Красновым концепции, к 2030 году технологии ИИ станут повседневным инструментом для более чем 95% судей страны. Планируется, что доля документов, созданных при помощи нейросетей, может составить от 30% до 50% от общего объема процессуальных бумаг.
Однако перспективы тотальной автоматизации вызывают серьезные дискуссии. Михаил Барщевский, заслуженный юрист России и экс-полпред правительства в Верховном и Конституционном судах, в эфире телеканала РБК высказал скепсис относительно способности машин полностью вытеснить человека из юридической сферы. По его мнению, внедрение ИИ — шаг разумный и своевременный, но излишне оптимистичный.
«Как калькулятор помогает бухгалтеру, так и искусственный интеллект поможет судьям в работе. Но калькулятор не заменяет бухгалтера», — подчеркнул Барщевский, проводя параллель между новыми технологиями и привычными инструментами.
Главный аргумент юриста заключается в отсутствии у алгоритмов способности к глубокому осмыслению и творческому подходу. По словам эксперта, ИИ — это всего лишь набор инструкций, лишенный человеческого мышления. В качестве иллюстрации он привел пример из медицины, напомнив, что телемедицина не способна полноценно заменить врача, так как искусственный интеллект часто допускает ошибки в диагнозах из-за невозможности учесть все нюансы, доступные человеческому восприятию.
«Он не думает, а человек думает. Вот это главное», — резюмировал Барщевский.
Несмотря на эти опасения, новая концепция предусматривает масштабную перестройку всех этапов работы с делами: от момента подачи искового заявления до финального исполнения решения и его проверки в вышестоящих судах. ИИ возьмет на себя рутину: проверку комплектности документов, расчет госпошлины, выявление формальных ошибок и определение подсудности. Система даже сможет давать предварительную оценку вероятного исхода по типовым спорам, хотя и без предсказания вердикта по конкретному случаю.
При этом в документе четко прописано: роль технологий — исключительно вспомогательная. Финальная точка в любом деле и принятие юридически значимого решения всегда будут оставаться в руках человека.
